Личный кабинет

Время паниковать или покупать? Вся правда об экономике Китая

0
в закладки
Поделиться

Притаившийся дракон! Самое слабое звено в мировой финансовой системе или ставка на трансформацию? Все это о Китае.

Давайте разберемся поподробнее, как обстоят дела в экономике и финансовой системе страны, ведь глобализация объединила весь мир.

На долю Китая приходится около 18% глобального ВВП. Страна занимает второе место в мире по номинальному ВВП (после США) и является крупнейшей экономикой по паритету покупательной способности. КНР ответственна за 36% прироста мировой экономики среднем в год за последние пять лет.

При этом в последние годы Поднебесная столкнулась с заметным замедлением экономики на фоне структурных дисбалансов. В итоге можно предположить, что глобальный шок от проблем в Китае может быть очень существенным. Насколько сильна угроза, читайте в нашем специальном материале.

Немного истории

Последние декады прошли на подъеме для экономики КНР. В 1978 г., когда в Китае была запущена программа экономических реформ, страна была девятой в мировом списке по объему номинального ВВП ($214 млрд). Через 35 лет речь шла уже $9,2 трлн и втором месте в списке. Сначала, за счет дешевой рабочей силы, Китай стал мировым производственным хабом. Позже страна начала развивать собственную промышленность.

В начале 2000-х гг. «китайское чудо» стало очевидным, а Поднебесная превратилась в локомотив мировой экономики. Параллельно взлетели и сырьевые рынки, ибо Китай наращивал потребление нефти и металлов. Страна неплохо перенесла финансовый кризис 2008 г. В разгар мирового коллапса Госсовет КНР объявил о масштабной программе стимулирования в объеме 4 трлн юаней ($585 млрд).  Как результат, страна вышла из кризиса с 9% ростом ВВП, низкой инфляцией и солидными фискальными показателями.

Однако мировой кризис усилил дисбалансы в экономике Китая, которые постепенно нарастают. Наблюдался пузырь на рынке недвижимости, избыток производственных мощностей в промышленности. Многие площади стояли пустыми, появились «города-призраки». Слабость «внешнего» фона ударила по торговому балансу страны, а долговая нагрузка КНР устойчиво нарастала.

В ответ на угрожающее состояние экономики в 2012 г. руководство Китая объявило о переходе страны к более устойчивой модели развития, по сравнению с ориентацией на взрывной рост, наблюдавшийся ранее. Была сделана ставка на развитие внутреннего потребления, расширение среднего класса. Надо понимать, что это не только игра в социальную справедливость, но и естественный процесс в рамках экономического цикла, ведь рост не может быть взрывным длительное время. 

Исчезли ли угрозы? Появился ли свет в конце тоннеля? Далее мы рассмотрим современное состояние экономики и финансовой системы КНР – тенденции и перспективы, риски и возможности.

Текущее состояние экономики

С 2010 г. наблюдается устойчивый тренд на замедление китайской экономики (согласно ВВП). В целом с 1989 по 2018 гг. средний прирост китайской экономики составил 9,6% годовых. По итогам II квартала речь шла о +6,7% (г/г).

Данные за июль указывают на замедление экономики КНР. Инвестиции в основной капитал выросли рекордно низкими темпами, на 5,5% в годовом исчислении. Прирост промышленного производства остался на уровне июня, +6% г/г. Произошло замедление динамики розничных продаж до +8,8%, против +9% месяцем ранее.  

Замедление инвестиций в основные фонды вполне естественно для экономики, которая по ряду критериев приближается к развитым. Однако выпадающие инвестиции необходимо заместить потреблением или экспортом. Последнему угрожает протекционистский настрой Дональда Трампа.

На определенное ослабление указывают и индексы деловой активности в промышленности (PMI). В июле официальный промышленный PMI составил 51,2 против 51,5 в июне. Отметка в 50 пунктов отделяет экспансию экономики от замедления темпов прироста. При этом, если посмотреть на показатели в 10-летнем разрезе, то глобального ухудшения не наблюдается – все в рамках диапазона.

Схожие тенденции наблюдаются и в сегменте услуг. В июле официальный индекс деловой активности в сфере услуг упал до 11-месячного максимума, 54 пункта.  

Смотрим на дальнейшую динамику макропоказателей – третий и четвертый кварталы. На 2018 год руководство Китая прогнозирует прирост ВВП в размере 6,6%. В 2017 г. экономика КНР выросла на 6,9% при официально запланированных +6,5%.

Важный момент - в долгосрочном периоде существует демографическая проблема. В Китае уже стартовало столь характерное для развитого мира постарение населения. Согласно оценкам Credit Suisse, число граждан КНР в трудоспособном возрасте (15-64 лет) уже начинает сокращаться, соотношение спроса и предложение на рынке труда находится на историческом максимуме. Проблема в том, что активный прирост городского населения стал одним из ключевых драйверов экономической экспансии Китая в предыдущие декады.

Если сопоставить долгосрочные тенденции роста населения Индии и Китая, то можно предположить, что в перспективе Индия обгонит по численности населения «конкурента», где темпы прироста населения уже начали замедляться и даже произошел отказ от политики «одна семья – один ребенок». Сейчас население Индии составляет около 1,3 млрд человек, что является 2-м местом в мире после Китая с 1,4 млрд.

Финансовая система

В 2015 г. глобальная экономика столкнулась с активным дезинфляционным давлением. Цены на сырье падали. Замедление экономики Китая и ряд других развивающихся стран наводило на мрачные мысли. В КНР цены производителей в годовом исчислении демонстрировали падение на 6%.

С конца 2016 г. инфляционная ситуация в Китае заметно улучшилась. В пользу экономики КНР сыграл такой фактор, как увеличение долга. По данным Morgan Stanley, за 12 месяцев периода второй половины 2015 – второй половины 2016 г. долговая нагрузка Поднебесной прибавила $4,5 трлн по сравнению с $2,2 трлн у США, $870 млрд у Японии и $550 млрд у еврозоны. Получается, что Китай увеличил долг более чем США, Япония и еврозона в совокупности.

Большая часть привлеченных КНР денежных средств пошла в инфраструктурный сегмент и на рынок недвижимости. Это сыграло в пользу сырьевых котировок и соответствующей инфляции производителей.

Соотношение общего долга и ВВП Китая (total Debt/GDP) уже составляет 257% (данные на 2017 год). Согласно прогнозу МВФ, к 2020 г. речь может идти о 300%. Ситуация с обслуживанием долга может ухудшиться при увеличении ставок ФРС, которое повлечет за собой рост рыночных ставок по всему миру. 

Особенно в плане заимствований «отличились» госкорпорации. Это не так уж плохо. Руководство КНР вряд ли допустит дефолтов госкорпораций. При этом задолженность этих учреждений номинирована в юанях, а не долларах, что снижает риски со стороны ФРС.  

В ответ на угрозу регуляторы начали вести политику делевериджа, то есть снижения долговой нагрузки финансовой системы. В этом есть позитив – долговая нагрузка Китая вряд ли будет расти по экспоненте. С другой стороны, кредитный импульс в Китае ослабевает. Показатель уже достиг 2 летнего минимума, что может сыграть в пользу дальнейшего ослабления экономики Поднебесной.

Примечательно, что теневое, то есть забалансовое кредитование Китая в 2018 г. заметно сократилось.

Как результат, в целом имеем снижение рисков финансовой системы, но угрозу дальнейшего замедления экономики из-за ослабления кредитования и соответствующего снижения темпов прироста денежной массы. 

Юань и торговые войны

С 2018 г. Дональд Трамп активизировался в области протекционистской политики. Прежде всего, речь идет о противостоянии США и Китая.  

На прошлой неделе завершились переговоры по урегулированию торговых споров между США и Китаем. О каких-то решениях и конструктивных итогах сообщено не было, что формально является негативом. В прошлый четверг США ввели второе повышение импортных пошлин для Китая и теперь они в сумме затрагивают товары на $50 млрд. Министерство коммерции КНР заявило о введении ответных мер.

Согласно заявлениям Дональда Трампа, пошлинами могут быть обложена практически вся китайская продукция, ввозимая в США, то есть более $500 млрд. Налицо ответ Трампа на продолжающуюся девальвацию юаня, которая стала своего рода негласным тарифом на импорт американской продукции в Китай. При этом Пекин не сможет ответить аналогичными мерами, так как его импорт из Штатов в 2017 г. составил около $130 млрд.

В теории одним из неформальных ответов Китая на меры США может быть сокращение покупок Treasuries, что способно привести к взлету доходностей американских гособлигаций. Однако сценарий резких изменений в облигационном портфеле КНР на сегодняшний день выглядит маловероятным.

С начала мая юань потерял около 8% против доллара. Если верить в теорию заговора, то девальвация китайской валюты была произведена намеренно с целью стимулировать экспорт в Штаты. Фактически на юань давит повышение ставок ФРС, а также замедление экономики Поднебесной. Риски торговых войн усиливают девальвационные тенденции, создавая своего рода замкнутый круг.

График USD/CNY за год


Помимо этого, Народный банк Китая периодически вливает ликвидность в финансовую систему страны. Начиная с апреля, была дважды снижена норма обязательного резервирования для банков. С начала года ставки межбанковского кредитования в Китае заметно снизились.

Ослабление юаня не только усиливает риски торговых войн, но и способно разогнать инфляцию в Китае, снизить покупательную способность населения и ударить по финансовой системе страны.

В ответ на замедление экономики и ослабление юаня в конце июля Госсовет КНР объявил о ряде мер фискального и монетарного стимулирования экономики. Было обещано повысить «проактивность налогово-бюджетной политики».

Будет осуществлен выпуск специальных бондов и увеличены вложения в инфраструктурные проекты, предоставлены налоговые льготы для бизнеса. Создается государственный фонд, который будет предоставит гарантии по кредитам малому бизнесу на общую сумму до 140 млрд юаней.

Пока же Народный банк Китая дал понять, что принимает меры для поддержки юаня. Регулятор сообщил, что банки, участвующие в фиксинге юаня, снова начали учитывать контрциклический фактор в своих расчетах с целью сгладить девальвационные тенденции в валюте.

На мой взгляд, обмен взаимными угрозами и полумерами может продлиться еще долгое время, приводя к волатильности на мировых площадках. Однако в среднесрочной перспективе я бы не рассматривала сценарий полномасштабных торговых и валютных войн в качестве базового.

Существует возможность для взаимных уступок. В реальности жесткие внешнеторговые ограничения не нужны ни одной из стран, так как способны ударить по мировой экономике. Представители многих крупнейших корпораций США высказываются против импортных тарифов, подтверждая обозначенный расклад.

На ноябрь запланирована встреча президента США Дональда Трампа и китайского лидера Си Цзиньпина. Возможно шаги на встречу друг другу будут сделаны на этих переговорах. Отмечу, что Штаты увеличили прямые инвестиции в китайскую экономику за семь месяцев этого года на 12%.

Рынок акций

Китайский фондовый рынок находится в районе минимумов 2016 г., согласно индексу Shanghai Composite. Это своего рода напоминание о рисках.

График индекса Shanghai Composite с 2013 года

Неплохо просели бумаги китайских интернет-гигантов, торгующиеся в США, в частности, Alibaba и Tencent. Тут еще и риски конкуренции высоки. Однако не забываем, что интернетом пока охвачено лишь 55% населения Китая при 89% в США.

Отсюда неплохие возможности для дальнейшего развития интернет-индустрии КНР. Не стоит забывать про перспективный индийский рынок, который начали завоевывать интернет-гиганты из Поднебесной. 

Если рассматривать акции американских компаний, бизнес которых сильно зависит от китайского рынка (чипмейкеры, Apple, GM, Ford, Boeing и пр.), то тут есть риски скорее эмоционального, нежели фундаментального характера.

В среднесрочной перспективе возможна повышенная волатильность бумагах предприятий, связанных с Китаем. Также не забываем о рисках коррекции на американских фондовых площадках. 

Если рассматривать в качестве базового сценария некий компромисс между США и Китаем, то большее внимание следует уделить динамике доллара и внутренним катализаторам.

К примеру, Boeing имеет весьма неплохие перспективы, ибо к его крупнейшим заказчикам относятся госкорпорации Китая, которые регуляторы страны вряд ли тревожить повышенными тарифами на импорт самолетов. А развитие сферы искусственного интеллекта – неплохое подспорье для бизнеса Micron Technology. 

Подводя итоги

В общем, риски налицо. Однако сценарий апокалипсиса, на мой взгляд, пока рассматривать преждевременно. По сравнению с ситуацией пары лет назад риски финансовой системы КНР даже снизились.

С точки зрения инвестиций китайский вопрос стоит рассматривать в трех временных плоскостях.

среднесрочный (3-4 месяца) – тут есть риски повышенной волатильности и коррекции на мировых площадках, в том числе из-за угрозы торговых войн. В это время появится возможность для интересных покупок китайских и американских акций.

- долгосрочный (около года) – китайские риски могут ослабнуть, хотя цикл монетарного ужесточения ФРС будет оказывать давление на развивающиеся рынки.

- сверхдолгосрочный (свыше года) – замедление экономики Китая может начать сказываться на мировом росте и потреблении сырья. Тут на помощь глобальной экономике может прийти Индия с ее позитивными демографическими тенденциями. 

В общем, наблюдаем, анализируем, действуем! Мы будем рады, если вы поделитесь этим среднесрочным материалом со своими друзьями в социальных сетях.

БКС Брокер

0
в закладки
Поделиться
Зарегистрируйтесь, чтобы иметь возможность оставлять комментарии. Уже есть аккаунт? Войти
Восстановить пароль
Также можно войти или зарегистироваться